В России путешествия автостопом очень популярны, кроме того, это еще и очень весело. Только не садитесь в машину к парню с бутылкой водки в руке.
Если русские настоят на своем – а мы знаем, что они это любят – один из их островов вскоре может превратиться в самый экзотический туристический маршрут в мире.
Остров Русский, лежащий посреди мирного Японского моря, расположен в девяти милях от тихоокеанского порта Владивосток на юго-восточном берегу России. В советские времена там располагалась закрытая военно-морская база (собственно, с 1958 по 1992 год Владивосток тоже был закрытым городом). Теперь власти вынашивают грандиозные планы по превращению острова в туристический курорт.
Туристов на острове Русский ожидают экскурсии по историческим военным зданиям, спокойное мелководье, идеальное для купания и рыбалки, вот, пожалуй, и все.
Я решила осмотреть этот остров, когда совершала 10-недельное путешествие по России, Китаю, Казахстану и Монголии. Мы с моей русской спутницей Стасей опоздали на один крайне нетерпеливый автобус, который должен был доставить нас с паромного причала в Место Где-То Там.
Стоя в золотистой пыли под ярко-голубым небом, мы со Стасей, потерянные, молча стояли на пустынном берегу. Позади виднелся порт Владивостока, серебрилась бухта Золотой Рог, впереди – остров Русский с его нежно-зелеными рощами и девственными холмами. Поскольку на острове живет не более 5000 человек, мы без слов поняли друг друга: следующего автобуса придется ждать очень-очень долго.
«Давай поймаем попутную машину!», — предложила я. Это было не такое уж безрассудное решение, как могло бы показаться на первый взгляд: Стася, 23-летняя выпускница экономического факультета, с которой я познакомилась на континенте, представилась любительницей путешествовать автостопом. («Я – Стася! Я автостопщица», — прощебетала она с певучей славянской интонацией). Стася добралась автостопом из своего родного города Санкт-Петербурга до Владивостока – маршрут длиною порядка 4000 миль – за три месяца. Стася – была профессионалом в автостопе.
Как, впрочем, и многие молодые россияне – для них автостоп является одним из видов общественного транспорта. В России даже существует школа автостопа — «Академия вольных путешествий (основанная в 1995 году) и гуру автостопа – президент академии 33-летний Антон Кротов, которого описывают как Керуака наших дней. Антон написал более 30 книг о вольных путешествиях, прочитал бесчисленное число лекций и проехал автостопом более 250 000 миль по Европе, Азии и Африке. И не важно, что, глядя на Антона, у Вас вряд ли возникнет желание посадить его в свою машину (чего стоит одна только густая растительность на его подбородке).
По данным Академии средняя скорость передвижения на попутном транспорте в дневное время составляет около 35 миль в час. Мне не терпелось проверить на практике, что собой представляет автостоп по-русски. За полчаса мимо нас проехало всего три машины, причем скорость их движения не предполагала никакого общения. Услышав в очередной раз далекое рычание мотора, Стася со спокойной решимостью вышла на дорогу и приготовилась продемонстрировать свою крайне убедительную стратегию голосования на дороге. (В России существует много клубов автостопа, и в каждом учат своей технике голосования).
В нашу сторону двигался старенький темно-синий грузовик. Стася вытянула вперед руку с раскрытой ладонью – международный знак «Стой». Затем она начала медленно поднимать и опускать руку, как бы говоря: «Притормози сейчас же!».
Водитель, как зачарованный, повиновался. Он высунулся из окна, и я увидела неулыбчивого мужчину зловещего вида в одежде камуфляжной расцветки. Нахмурив брови, я вслед за Стасей села в кабину, и водитель рванул в неведомую даль…Я была исполнена дурных предчувствий, но, поскольку со мной была Стася, меня охватило радостное возбуждение.
В России к автостопу относятся не так, как в Британии. «Только в России, — говорится на интернет-сайте Академии, — автостоп — это спорт, наука, искусство и образ жизни для многих людей». Русские – в отличие от нас – не опасаются, что, сев в попутную машину, они попадут в зловещую западню. «Говорят, что в Великобритании, — сообщила мне Стася, — автостопщиков подбирают только поляки и словаки».
И хотя гостеприимность русских – тут мы, островитяне, им и в подметки не годимся – играет в этом не самую последнюю роль, Кротов утверждает, что успех путешествий автостопом в России берет свои истоки в коммунизме, в его идеологии. «Мир открыт и принадлежит каждому, — говорит он на своих лекциях. – И то, что вы до сих пор получали за деньги, теперь достанется вам даром. Совершенно незнакомые люди предложат вам деньги и еду, даже если вы их об этом не просили – мы всегда находим то, в чем нуждаемся».
Может быть, все это покажется вам неправдоподобным, но только потому, что Вы не знаете о многочисленных уловках, которые ведомы Кротову. Стася, например, возит в рюкзаке документ, составленный на русском, с официально выглядящими печатями, где говорится, что она – член благотворительной организации, цель которой – спасение мира (ну или что-то в этом роде), и что она имеет право на бесплатный проезд.
Однако Кротов и его последователи не считают себя халявщиками. «Рекордная экономия денег не является нашей целью, говорит Кротов. – Нет. Путешествия автостопом в России – это философия. Русские вольные путешественники не просто голосуют на дорогах. Они ночуют на природе или у людей, которые захотели приютить нас на ночлег. Таким образом, мы познаем окружающий нас мир». «Мы познаём жизнь такой, какова она есть, — продолжает Кротов, а не такой, как её хотят представить нам организаторы специально подготовленных туров или составители глянцевых буклетов-путеводителей».
Этот «потрясающий гуманитарный опыт», как называет его Кротов, может завести Вас как в царство добра, так и в царство зла. Во Владивостоке, где базируется устрашающий Тихоокеанский флот Путина, я попросила Стасю рассказать о самых страшных испытаниях, выпавших на ее долю во время путешествий. Их не было, заверила меня она, когда мы пересекали величественную площадь, с которой хорошо были видны громады военных кораблей: «Девушке путешествовать автостопом проще, потому что люди проявляют заботу. Иногда русские мужчины спрашивают меня: «А где же ты остановишься?». Когда я отвечала, что не знаю, они предлагали мне переночевать у них, а если не могли меня приютить, то звонили друзьям».
Несколько наивный подход? Возможно, но в России множество таких страстных любителей путешествий автостопом. В Новосибирске, третьем по величине городе России с населением 1,4 миллиона человек, я познакомилась с врачом Равилем, который читал многие книги Кротова и путешествовал автостопом по Средней Азии.
В один из теплых солнечных дней Равиль отвел меня на новосибирскую площадь имени Ленина, где стоят статуи, выполненные в конструктивистской манере – победоносные советские трудящиеся, вздымающие вверх колосья пшеницы и пылающие факелы, непобедимые солдаты с ружьями, сурово взирающие на пешеходов, и, конечно же, Ленин в своем знаменитом пальто.
Судя по всему, Равиль из своих путешествий тоже вынес только хорошие воспоминания. «Когда голосуешь, все тебе рады, — сказал он с блаженной улыбкой. – Лучше не просто проезжать мимо каких-либо мест, а останавливаться и изучать их. Мир так гостеприимен».
О'кей, его мир – не наш мир. Однако есть и еще одно отличие: отношение. Как говорит Кротов: «Один человек сочтет дождь или укус комара раздражающими факторами, другой, более мудрый, с радостью примет их, потому что они – часть окружающей среды». Русский автостопщик никогда не будет мучиться от жалости к себе любимому.
Что ж, в теории все это звучит превосходно, но чем же закончилось наше путешествие в машине зловещего одетого в камуфляж шофера? Естественно, он не разрезал меня на кусочки, чтобы приготовить себе на ужин бефстроганов. На самом деле, он практически обращал на нас внимания, только когда мы задавали вопросы. Он прожил всю свою жизнь на острове Русский, работает шофером – развозит песок по строительным площадкам.
Он просто вез нас мимо выкрашенной в кремовый цвет военной академии в неоклассическом стиле, мимо рядов железных гаражей, очаровательных в своей ржавчине, каких много можно встретить по всей России, и мрачных советских блочных домов, где жили хозяева машин.
Казалось, что для него мы были еще одним грузом, который нужно доставить по назначению. Он высадил нас в целости и сохранности на другом конце острова у сверкающей на солнце бухты, где мы со Стасей, перекусывая сушеными кальмарами, смотрели, как девочки прыгают с невысоких камней в воду, похожую на жидкое серебро. Путешествие было примечательным своей непримечательностью. Впрочем, как выяснилось, таким же оказался и остров Русский. По крайней мере, когда мы там были.
