В России президента Дмитрия Медведева пропасть между риторикой и реальностью растет день ото дня. Выступая в четверг с обращением к нации, Медведев изложил видение будущего России как процветающей демократии с мощной экономикой знаний и дружественными отношениями с внешним миром.
На бумаге все это выглядело великолепно. Были суровые слова о коррупции и нестабильности на Северном Кавказе, отрадные для экологов обещания об отказе от сжигания попутного газа, планы проведения скромной избирательной реформы и, самое главное, заверения о решимости модернизировать «примитивную структуру» экономики с ее «позорно низкой» конкурентоспособностью и зависимостью от экспорта энергоносителей.
В выступлении президента прозвучала обескураживающе резкая критика политической оппозиции. «Любые попытки под демократическими лозунгами раскачать ситуацию, дестабилизировать государство, расколоть общество будут пресекаться», - заявил Медведев. Трудно соотнести эти слова, напоминающие о советских временах, с его обещаниями демократического будущего. Но мало кто им удивился.
Нет, проблема не в выступлении, а в неспособности Кремля к проведению реформ. Было бы наивно ожидать подлинных политических реформ от олигархической элиты, которая последовательно централизовала власть после прихода в Кремль Владимира Путина, наставника Медведева. Но даже авторитарный Кремль должен быть заинтересован в реальной экономической реформе. Он хочет, чтобы Россия была сильной, и знает, что она может быть сильной только с сильной экономикой. Недостаточно просто осторожно управлять доходами от экспорта нефти, как Москва делала до кризиса. Россия должна вступить на путь инноваций и диверсификации.
Фундаментальным вызовом является ресурсное проклятье. История других экспортеров природных ресурсов говорит о том, что пока имеется достаточно денег для финансирования государства и образа жизни власть имущих, стимулов к развитию современных технологий будет недостаточно.
Теоретически, Россия с ее богатой научной традицией должна быть более способна, чем, скажем, Нигерия, выйти из порочного круга. Но на практике ученые, специалисты оборонной отрасли и прочие, кто лоббирует диверсификацию, слишком слабы, чтобы бороться с энергетическими боссами. Пожалуй, Медведев относится к сторонникам реформ более сочувственно, чем Путин. Но энергоносители обеспечивают выживание режима. Непонятно, как реформаторы могли бы заявить о себе без очередного продолжительного периода низких цен на нефть. Без диверсификации трудно представить себе открытые рынки, верховенство права и борьбу с коррупцией. Красивые слова Медведева далеко отстоят от мрачных экономических реалий России.
