Шансы на согласованную реакцию и введение более жестких санкций в отношении Ирана становятся все более реальными
Иран приступил к обогащению урана в исследовательском центре в Натанзе до уровня 20 процентов в присутствии экспертов Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Об этом сообщили мировые информационные агентства во вторник со ссылкой на распоряжение иранского президента Махмуда Ахмадинежада.
За день до этого иранское руководство уведомило МАГАТЭ о своих планах. Тем самым Иран поставил под сомнение достигнутые 1 октября прошлого года в Женеве договоренности, которые предусматривали процедуру дообогащения за рубежом. Эту позицию тогда согласовали страны «шестерки» - Россия, Китай, США, Франция, Великобритания и Германия с иранским представителем с тем, чтобы снять новые подозрения в отношении военного характера иранских ядерных исследований.
По мнению Запада, нынешние действия Тегерана могут повлечь за собой жесткие санкции. Насколько реально применение санкций против Ирана, и в чем именно они могут заключаться? В интервью «Голосу России» на эти вопросы ответил член Совета по внешней и оборонной политике Владимир Аверчев:
«Шансы на согласованную реакцию и введение более жестких санкций сейчас становятся все более реальными. Тем более что к позиции, которую первыми высказывают американцы, присоединилось МАГАТЭ. Оно выражает, по сути, консенсусное мнение стран-участников режима нераспространения. Санкции могут касаться еще большего ужесточения на поставки в Иран технологического оборудования, ограничений, которые могут повлиять на промышленное развитие страны в целом. Они могут включать меры финансового воздействия, касаться вопросов кооперации мировых компаний с Ираном. И, соответственно, возможны санкции в отношении тех компаний, которые будут продолжать сотрудничество с ним».
Главная озабоченность Запада сегодня основана на подозрениях, что Иран под видом мирной ядерной программы преследует военные цели. Разделяя эту озабоченность, российский лидер Дмитрий Медведев еще после осенней встречи с президентом США Бараком Обамой просигнализировал о возможном изменении позиции РФ. Он сказал, что у Москвы может не остаться выбора, если Иран отвергнет план обогащения урана, разработанный с помощью России под эгидой МАГАТЭ.
При этом Россия последовательно предлагает пакетное решение этого вопроса. То есть увязывает решение ядерной проблемы Ирана с реализацией инициативы арабских стран о безъядерном статусе в регионе. А достижение этой цели невозможно без раскрытия ядерной программы Израиля. Отношения между Ираном и Израилем давно близки к точке кипения и в любой момент могут взорваться. Главный научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Владимир Дворкин, в частности сегодня, 9 февраля, не исключил, что израильская авиация в сложившейся обстановке может нанести удары по ядерным объектам Ирана.
Позицию России в вопросе обогащения урана на днях в Мюнхене озвучил глава МИД Сергей Лавров. Он призвал Иран придерживаться достигнутых ранее договоренностей. Министр подчеркнул при этом, что согласие на вариант, предложенный МАГАТЭ, создало бы условия для политико-дипломатического урегулирования проблем, связанных с иранской ядерной программой. Теперь же, скорее всего, вопрос будет вынесен на обсуждение Совета Безопасности ООН. Однако любое жесткое решение СБ ООН почти наверняка будет заблокировано Китаем. Он традиционно выступает против санкций по Ирану, считая эту страну важным региональным партнером, и видит путь решения проблемы в настойчивых переговорах.
