Алексей Серебряков: Я не гений! Я просто вкалываю ("БизнесПятница", Пятигорск)

Играл трудных подростков, потом резких парней. Теперь играет крутых мужиков. Психологический детектив, криминальный сериал, военная эпопея - его родная среда обитания. Сегодня Алексей Серебряков - гость "БизнесПятницы".

Мои иллюзии сдохли в провинции

- Алексей, современный отечественный кинематограф часто упрекают в том, что там одна "чернуха". И вас, кстати, часто можно видеть в подобных картинах: "Груз 200", "Жесть", "Стая"...

- Во многом так оно и есть, что ж поделаешь. Чего ожидать? Мы получили то, что и должно было быть после 70 лет чудовищного геноцида советской власти против собственного народа. Планомерно уничтожались лучшие представители всех социальных слоев (а гибнут первыми всегда лучшие, и не только на войне) - сначала аристократия, интеллигенция, священнослужители, просто верующие люди. Потом - лучшие из рабочего класса, крестьянства, те, кто умел работать. И вся эта дискуссия: почему деревня погибает... Работать разучились, пьют - вот почему. Будучи под Тамбовом, я узнал такую историю: предприниматель создал сельхозпредприятие, а рабочих найти не может - или пьют, или в любой день запить могут. Надеяться на них нельзя. Пришлось установить автоматы вместо людей. А ведь он мог дать работу местным!.. В 90-е годы людям сказали: ты свободен, но ты - один. Барахтайся, как можешь. Каждый выживает в одиночку. Вот мы и барахтаемся. Кому удалось "поймать волну" - тот потихонечку держится. Кто нет - потерялся. Кто умеючи воровал - стал еще богаче.

- А вы сами как "барахтаетесь"?

- Чаще приходится просто терпеть. Тупо терпеть. Искать, где лучше, интереснее, хорошо в 20 лет. А в 45 надо терпеть.

- Вы, наверное, очень терпеливый, успели сняться в 100 с лишним фильмах?

- Честно признаюсь: в кино попал случайно. Если бы в 13 лет меня не пригласили в телефильм "Вечный зов", если бы к 17 годам я не сыграл уже шесть киноролей, вряд ли пошел бы в артисты. Я к тому же еще и не тщеславный, не соревнующийся. Я - рукастый: ремонт сделаю, плитку положу. Вообще люблю "рукоделить". Дизайнером, архитектором мог бы быть. Только не рутинной работой, с 9.00 до 18.00, заниматься.

- А еще, я слышал, вы умеете и любите шить? Довольно редкое увлечение для мужчины.

- На самом деле, очень много портных-мужчин. Я к этому пришел очень просто. Моей зарплаты не хватало на то, чтобы покупать одежду, а я, как любой молодой человек, хотел одеваться хорошо. Поэтому шил себе одежду сам. Получалось неплохо, но потом появились деньги, и я тут же перестал этим заниматься.

- Вы где-то учились на портного?

- У меня был знакомый, который сделал мне первые выкройки. По ним я начал работать, а потом уже включалась фантазия. Мог сшить любую вещь. Однажды сшил себе сумку специально для поездки в экспедицию. В ней было огромное количество карманов. Это было удобно, потому что мне в Москве тогда было негде жить, и я слонялся по съемным квартирам и по друзьям.

- Кстати, вот вы - москвич. А еще подростком, сыгравшим не одну заметную роль в кино, в 17 лет сразу после школы уехали в Сызрань!

- Да, уехал. В 1981 году меня пригласил в Сызранский театр его главный режиссер - артистом вспомогательного состава на 70 руб. зарплаты. Это был мой абсолютно осознанный поступок. Я поехал в провинцию с определенными иллюзиями - нести разумное, доброе, вечное. Но иллюзии те сдохли. Провинция меня быстро поставила на место. Я проработал один сезон и в какой-то момент просто понял: если сегодня не уеду, то не уеду отсюда никогда. И уехал.

Никому не хочется кричать

- Алексей, правда ли, что любой выпускник ВГИКа может вам предложить сняться в его дипломной работе и вы обязательно с ним встретитесь и посмотрите, что он вам предлагает?

- Правда. И считаю, что это правильно, ведь я понимаю, что мой труд не всегда будет востребован в том объеме, в каком востребован сейчас. Зрительская аудитория не очень любит пожилых героев. И драматурги для них мало что пишут. Сюжет большинства произведений мировой драматургии построен вокруг взаимоотношений любовной пары. Я не могу вспомнить ни одной интересной пьесы для пожилых актеров, разве что "Соло для часов с боем" Освальда Заградника. Поэтому считаю необходимым знакомиться с теми, кто сейчас приходит в киноиндустрию. Хотя бы для того, чтобы в трудную минуту, набравшись наглости, позвонить режиссеру и сказать: "Дай мне два съемочных дня. Мне нужны деньги на лекарства".

- Интересно, по вашему мнению, у современных молодых режиссеров есть общая черта?

- Отсутствие энергии...

- Мне всегда казалось, что в кино идут для того, чтобы рассказать о чем-то наболевшем, выстраданном...

- Я не знаком со всеми режиссерами. Но, когда с кем-то знакомлюсь, понимаю, что у нынешнего поколения удивительное нежелание заниматься чужой жизнью. И полное отсутствие энергии. Ни один из них не может сказать: "Я пришел в кино для того, чтобы кричать о том, что у меня болит". Кричать никому не хочется.

- Что подпитывает вашу творческую энергию - книги, прогулки, концерты?

- Никакой особой творческой энергии у меня нет. Мне предлагают работу - я ее выполняю. Иногда с удовольствием, иногда с отвращением, иногда терплю, иногда взрываюсь. Все зависит от конкретного случая. Но о творческой энергии я, честно говоря, не стал бы особо распространяться.

- Почему не стали бы? Я давно не видел актеров, которые бы так, как вы, работали на совесть...

- Это больше заслуга родителей: воспитали хорошо, вот и совесть пока есть.

- Но отношение к работе за те 30 лет, что вы снимаетесь в кино, изменилось?

- Изменилось, и сильно. Конечно, меня нельзя сравнить с романтическим юношей, который хотел бы нести разумное, доброе, вечное. Сейчас для меня работа в кино - единственный способ обеспечить материальное благосостояние семьи. Но в рекламе я не снимаюсь. Не думаю, что это повысит мою состоятельность в глазах у зрителей.

- И вы можете дать согласие на съемки, если понимаете, что сценарий заведомо не талантлив?

- Если я понимаю, что сценарий не талантлив, но мне нужны деньги (такое тоже бывает), то все зависит от цены вопроса. А если я понимаю, что деньги сейчас не особенно нужны, я как-то перебиваюсь и обеспечиваю прожиточный минимум своей семьи. Понять, талантливый сценарий или нет, достаточно просто. Если талантлив, он затягивает, его читаешь до конца, если бездарен - закрываешь на десятой странице.

Публичность мне противопоказана

- Вы постоянно на съемках, в разъездах. Суета не мешает творчеству?

- Я не гений! Я просто вкалываю. У меня большая семья - трое детей, четыре собаки. Мне нужно было решать проблему с жильем, и я ее решил. Влез в долги, и теперь надо выбраться из-под этого дамоклова меча... Моя профессия продажная, как и ваша, и моральная проблема выбора похожа. Конечно, стараюсь выбирать. Но вот какой парадокс: я сыграл у Егора Кончаловского чеченского боевика Ужаха (в "Антикиллере-2"), Андрей Сергеевич Кончаловский посмотрел фильм сына и, до этого не зная меня, доверил мне в "Чайке" роль Тригорина. И два года я наслаждался.

- Большинство актеров не любят говорить о своей личной жизни. Вы думаете, что какие-то вещи надо скрывать от публики?

- Я вообще не говорю про свою жизнь и, в принципе, стараюсь не давать интервью. Исключения связаны с тем, что в какой-то момент легче согласиться, чем объяснить, почему ты этого не хочешь. Я не считаю, что артист должен персонифицироваться для зрителя как личность, потому что это мешает работе. Быть убедительным потом в разных ролях гораздо сложнее, ибо у зрителя есть уже стереотип, некое понимание того, что это за человек. Если станет известно, что у меня большая современная квартира в новом доме, и человек подсчитает, сколько она стоит, то потом убедить его в том, что я могу быть бомжом на экране, очень тяжело. Меня просят дать интервью, мотивируя это тем, что я интересен зрителю. А я хотел бы, чтобы ему было интересно то, что я делаю, а не то, какой я на самом деле.

- По-моему, сама профессия актера обязывает к публичности, открытости для зрителя?

- Нет. Публичность не является неизбежной. Можно построить такую конструкцию, чтобы твоя публичность была минимальной. Публичными должны быть политики, звезды эстрады, которые выступают от имени себя самих. Им публичность необходима. Артистам же, которым приходится играть разные роли, она противопоказана. Я не хотел бы, чтобы у зрителей складывалось обо мне хоть какое-то впечатление.

- Западным звездам публичность не мешает быть убедительными на экране.

- Западный кинематограф построен на том, что артист становится персонажем, в том числе - светской хроники. Именно эту роль он играет всю жизнь, именно она привлекает зрителя в кинозалы и повышает артисту гонорары. Я - представитель русской актерской школы, а не американской, и хотел бы быть разным. Надеюсь, у меня это получается.