Представьте себе Ниагарский водопад. Представьте поток воды, устремившийся к гигантскому каскаду. Представьте, что ярдах в ста выше водопада с течением борется одинокий пловец. Он отчаянно гребет, но его все равно медленно сносит все ближе и ближе к бурлящей пропасти. Этот пловец – президент Обама, эта река – наш мир, а водопад – угроза бесконтрольного развития ядерного оружия.
Образ Ниагары использовал в свое время еще Генри Джеймс (Henry James), когда писал о сползании мира к Первой мировой войне: “… нас несло этим потоком.’’ Ханна Арендт (Hannah Arendt) тоже писал о войнах двадцатого века как о «Ниагарском водопаде истории». У Джонатана Шелла (Jonathan Schell) Ниагара выступает центральной метафорой в одной из его известнейших критических работ о войне как таковой, «Мир, который невозможно завоевать» (“The Unconquerable World’’).
Сегодня этот образ вошел в лексикон экспертов-стратегов по несколько иному поводу: они предостерегают мир о надвигающемся «каскаде ядерного распространения». По их мнению, если ядерные державы сегодняшнего дня не найдут способа обратить течение событий вспять, другие страны будут одна за другой затянуты в ядерную пропасть. В основном бремя ответственности лежит на России и Соединенных Штатах, на долю которых приходится подавляющее большинство всех существующих в мире ядерных боезарядов, однако президент Обама намеренно поставил в центр этого вопроса себя, заявив в Праге: «Я открыто и решительно объявляю, что Америка видит свой долг в том, чтобы добиваться мира и безопасности на планете, где не будет ядерного оружия».
Тем не менее, пока что ядерная Ниагара несет его в другом направлении. Вот несколько моментов, которые определят, хватит ли у пловца сил выгрести против течения.
1. Американо-российский договор. Переговоры в Женеве затянулись; соглашение, призванное заменить Договор о СНВ, срок действия которого истек в декабре прошлого года, все еще не подписано. Обаме предстоит нелегкое дело: с одной стороны, надо учесть требования России (например, по системе противоракетной обороны), с другой – возражения республиканцев в Сенате (например, по системе противоракетной обороны). Чего опасаться: для Билла Клинтона отказ Сената ратифицировать Договор о всеобщем запрещении ядерных испытаний в 1999 году стал политическим унижением, но то, чему подвергают республиканцы Обаму сегодня из-за реформы системы здравоохранения, покажется детским садом по сравнению с тем, что будет, если они откажется ратифицировать новый договор по СНВ.
2. Обзор ядерной политики (Nuclear Posture Review), документ о политике нынешней Администрации в отношении сферы применения атома, также утверждаемый Конгрессом. Его публикация тоже отложена – коре всего, потому, что Белый дом по множеству вопросов идет против линии Пентагона. Например, ядерное оружие – это только оружие сдерживания или нет? Отказываются ли США от возможности использования такого оружия первыми? Позволит ли Обама и дальше проводить исследования в области ядерного оружия, если программа бушевской эры о разработке нового его поколения остановлена? Какие страны будут перечислены в списке потенциально угрожающих? Чего опасаться: для Клинтона Обзор 1994 года стал настоящим Ватерлоо в битве против Пентагона – в документе был подтвержден статус-кво времен «холодной войны», по существу, заморозивший реальное разоружение до сегодняшнего дня.
3. Военная политика США вообще, хотя в принципе рассматривается отдельно от ядерной, также мотивирует другие страны на то, чтобы обзаводиться собственным ядерным оружием. По объему своего нынешнего бюджета (до 2017 года – 5 триллионов долларов) Пентагон настолько ушел вперед от оборонных ведомств других стран, и объем неядерной военной мощи, покупаемой за эти деньги, настолько подавляющ, что за границей многие считают немирный атом единственным средством защиты от потенциального нападения Америки. Это – новый фактор.
4. В апреле мировые лидеры соберутся на саммит в Вашингтоне, и как те, у кого есть собственное ядерное всё, так и те, у кого нет ничего, будут определять свои позиции исходя из российско-американского договора (и перспектив его ратификации), а также из того, что будет написано в Обзоре. Чего опасаться: если Китай посчитает, что американская ПРО потенциально направлена и против него, можно будет смело ожидать начала новой ядерной гонки.
5. В мае в Нью-Йорке пройдет очередное регулярное обзорное заседание представителей стран, подписавших Договор о нераспространении ядерного оружия. Поскольку обязательства всех подписантов такого оружия не приобретать обусловлены тем, что главные ядерные державы будут вести стабильную работу по уничтожению уже имеющихся вооружений, основной вопрос, которым в мае будут задаваться все участники, прозвучит так: «Начал ли Обама реализовывать озвученные им намерения в ядерной сфере»? Если нет – готовьтесь доплыть до водопада.
По правде говоря, потоку Ниагары сопротивляться невозможно. Значит, в будущем нас ждет мир не с семью ядерными державами, как сегодня, а с семнадцатью, а то и с семьюдесятью. Но бойтесь верить такому анализу. Водопад – это не факт, это всего лишь аналогия. Еще в Праге Обама предостерегал против подобного фатализма: «[Это] наш смертельный враг; ведь если мы поверим в том, что распространение ядерного оружия неизбежно, мы некоторым образом про себя уже признаем, что использование ядерного оружия тоже неизбежно». Потому – забудем об этой аналогии. Все-таки Обама – не одинокий пловец, но голос всего человечества. Ядерное будущее не предопределено. Сегодня люди сами делают выбор, и то, каким оно станет - полностью в их руках.
Джеймс Кэрролл – активный автор комментариев в Globe.
Оценить статью: