Один из самых известных артистов России, отмечающий свой 75-летие, считает, что смысл жизни - в поиске истины
«Для меня зритель думающий, умный, интеллигентный -лучший друг, а потому и оппонент». Вот так, кратко, но ёмко определил свою человеческую и профессиональную сущность один из самых известных артистов России Сергей Юрский.
Фотолента: "Сергею Юрскому-75!"
Стоит привести ещё несколько его высказываний: «Мой внутренний ориентир, чувство, которое вдохновляет, - это весёлая злость». Или вот, уже совсем оригинальное: «Для меня счастье - это то состояние, в которое могут входить и неприятности, и откаты назад».
Талант Юрский определяет также весьма необычно: суть его - «знание технологии плюс умение выходить из кризисов». такие выводы сделал для себя этот неординарный человек, подойдя к солидной юбилейной дате.
Впрочем, сказать о Сергее Юрском только «актёр» было бы слишком мало, хотя перечислить его роли в театре и кино просто невозможно. Их что называется, не перечесть. Но он ещё и режиссёр, и сценарист, и писатель, и поэт - у него несколько книг прозы и стихов, которые полны размышлений, наблюдений, анализа жизненных коллизий.
Последователь системы знаменитого Михаила Чехова, Сергей Юрский был блистателен и в пьесах Александра Островского, и в экранизации сатирического романа Ильфа и Петрова «Золотой телёнок», где обаятельный жулик, авантюрист Остап Бендер предстаёт едва ли не интеллектуалом и разоблачителем бюрократии. Он был и королём Генрихом IV из шекспировской хроники, и гордым, независимым Чацким из комедии Грибоедова «Горе от ума». Со сцены Чацкий обращался как бы из 19 века к нашим современникам. Их проблемы оказывались созвучны поискам истины грибоедовского героя.
А как убедителен был Юрский в телефильме «Место встречи изменить нельзя», в роли рафинированного интеллигента Груздева, необоснованно подозреваемого в тяжком преступлении. Для Юрского нет ролей, нет сюжетов, которые бы ему не покорялись. В молодости он фантастическим образом превращался, ради сцены, в старика - и публика ему верила. Его профессиональный диапазон - от абсурдистской пьесы Эжена Ионеско до Гоголя и Островского. Вот как критика писала о постановке Юрским пьесы Александра Островского «Правда хорошо, а счастье лучше»: «На сцене и в зале пахло счастьем, медовой радостью вызревших яблок».
Много гастролируя, Юрский высказал очень здравую мысль: «Горжусь тем, что на пространствах нашей огромной страны всегда находились люди, ждущие от театра не простого, а сложного».
Юрский известен и как чтец, причём чтение со сцены для него - своеобразный моноспектакль. Шекспир, Мопассан, Пушкин, Гоголь, Достоевский, Чехов, Бунин, Маяковский, Золя, Шукшин, Бабель, Жванецкий. Для каждого- своя интонация, своя игра.
Каждый актёр, в силу профессии, человек публичный. Юрский - тем более. Он охотно принимает участие и в телепередачах, например, в «Школе злословия», которую ведёт писательница Татьяна Толстая.
И здесь мы узнаём совершенно другого Юрского - серьёзного, критически настроенного по отношению к современной действительности: "Появились технические средства, заменяющие естественные вещи. Например, успех. Успех был всегда загадочен. Пушкин очень точно написал с точки зрения Фауста: «Слава...Луч её случайный неуловим». Его мучает это - неуловимый луч славы. Пушкин так думал, потому что жил в другое время. А сейчас есть политтехнологи, технологи, которые говорят: что значит неуловим? Во-первых, изучается луч, во-вторых, изучается источник. Если источник божественный, значит. надо заменить другим и построить источник славы, наладить луч, и это всё делается. Всё делается! Следовательно, это всё искусственно, а искусственное - фальшивое".
Несмотря на солидный возраст, Юрский размышляет и о молодом поколении: "Люди, родившиеся после 2000 года - это все мы замечаем, у кого есть дети, внуки, - они другие. Лучше, хуже - не знаю, но другие. Когда они вырастут, будет другой мир. Я его не понимаю. Ожидаю и пугаюсь, и это делает меня человеком невесёлым".
Глядя на Сергея Юрского и не скажешь, что он человек, страшащийся грядущего. Тем более, что как отмечает сам Юрский, он верит в "истину. Достичь ее нелегко. Но направляющий вектор - истинный или фальшивый - это смысл нашей жизни".
Оценить статью: