Несмотря на слухи о том, что Калининград предлагалось вернуть под германское правление, анклав по-прежнему верен России-матушке
В мае этого года немецкий журнал Spiegel опубликовал сенсационные подробности малоизвестного предложения о возвращении Германии Калининграда, бывшего Кенигсберга, с которым советское руководство выступило в 1990 году. Статья, почти незамеченная в Британии, широко обсуждалась в российских СМИ в прошлом месяце. В России эта информация вызвала взрыв негодования среди националистов и отрицание того, что перспективу возвращения Калининграда рассматривал сам Михаил Горбачев, последний лидер Советского Союза.
Предложение было сделано в секретной телеграмме, направленной в посольство Германии в Москве одним из высокопоставленных советских генералов того времени, Гелием Батениным. Поскольку Батенин умер, сложно реконструировать, что именно предлагалось, а что - нет, в контексте переговоров накануне объединения Германии в 1990 году. Однако Горбачев отрицает, что Батенин действовал от имени советского правительства. Эти слова нужно воспринимать скептически, так как очевидно, что в 1990 году советское правительство отчаянно желало получить многомиллиардные кредиты от немецкого правительства. Впрочем, и немцы отнеслись к этому предложению прохладно. Утверждается, что они заявили Советам, что приоритетом страны является воссоединение, а Калининградскую область они считают проблемой Советского Союза.
У Калининграда непростая история. После двух ночей бомбежек самолетами союзников в 1944 году немецкий город Кенигсберг, где работали такие выдающиеся интеллектуалы, как Иммануил Кант и Иоганн Готфрид Гердер, был почти полностью разрушен.
На этом его страдания не закончились. После того, как в апреле 1945 года город был взят Красной армией, Советы в 1946 году насильственно выселили из региона остававшихся там немцев, поселили на их место русских и переименовали Кенигсберг в Калининград. Порт недалеко от Калининграда, названный Балтийском, стал единственным незамерзающим портом Советского Союза и поэтому в годы "холодной войны" имел большое военное значение.
Но существует и множество вопросов, относящихся к его будущему. Сегодня Калининград стал анклавом, окруженным государствами ЕС Литвой и Польшей. История учит нас, что анклавы бывают, как правило, политически и географически нестабильными, поэтому неслучайно в Европе в результате образования современных государств они практически исчезли. Калининград - один из немногих сохранившихся.
При нынешнем губернаторе Георгии Боосе официальная политика, одобренная Москвой, заключается в укреплении идентификации анклава с Родиной. Например, в России только калининградцы получают паспорта бесплатно. Школьники области ездят в бесплатные экскурсии "на Родину" - для российских детей это уникальная привилегия. На уроках истории им также рассказывают о давних связях региона с Россией, какими бы хрупкими они ни были.
Боос даже время от времени пугал жителей области повторной германизацией. Так, например, в 2006 году он заявил, что Германия никогда не откажется от идеи возвращения Калининграда. Но риторика Бооса мало связана с реальностью: в Германии нет абсолютно никого, за исключением крошечного правоэкстремистского меньшинства, кто бы призывал к возвращению Калининграда. Немцы в полной мере сознают, что Кенигсберг был навсегда потерян в результате войны, ответственность за которую несла их страна. В любом случае, правительство Германии не заинтересовано в создании немецкого эксклава, окруженного Польшей и Литвой, - кстати, обе эти страны тоже могут выступить с притязаниями на Калининград.
Литовцы называют регион Малой Литвой и считают его колыбелью литовского национального движения XIX века. А Польша порой воспринимает балтийский регион и немалую часть Белоруссии как часть Большой Польши, вспоминая о польско-литовском содружестве, существовавшем в XVI-XVIII веках.
А что сами калининградцы? Данные всех опросов говорят о том, что значительное большинство жителей региона считают себя россиянами, но с одним отличием - более европейскими. По инициативе калининградских интеллектуалов анклав заново открывает свое немецкое прошлое. Многие гордятся немногочисленными памятниками немецкой архитектуры, а идея восстановления немецкого замка, разрушенного Советами, пользуется огромной поддержкой. Некоторые даже выступают за переименование Калининграда в Кенигсберг.
Но почти никто в Калининграде не хочет присоединения в Германии; еще менее распространены пропольские или пролитовские настроения. Существует движение за расширение автономии региона, но оно слабо. Лишь горстка людей говорит о создании полностью независимой четвертой прибалтийской республики.
Итак, на первый взгляд, несмотря на противоречия и аномалии, статус-кво должен сохраниться. Но существует и еще один фактор, который может стать взрывоопасным. Многое будет зависеть от будущего экономического развития региона. До нынешнего экономического кризиса калининградцы переживали экономический рост и повышение жизненного уровня. Но в последние годы они немало пострадали: в феврале 10 000 калининградцев провели массовый митинг против, как они считают, социальной несправедливости.
Если ситуация ухудшится и Калининград станет островком бедности посреди благоденствующего ЕС, то движение за территориальные изменения может усилиться. Но если России удастся спасти регион от экономического упадка, то калининградцы продолжат идентифицировать себя, прежде всего, с Россией-матушкой. Пока ситуация на этом фронте не прояснится, никто не сможет предсказать, как пойдут дела дальше.
Оценить статью: