Украина законодательно поставит ЕС на первое мест, Россия - вторая. Лукашенко назвал условия таможенного компромисса.

В студии работает Михаил Шейнкман.

На первый, второй рассчитали 

Киев теперь такой. Казалось, только-только заявил о том, что вступление в НАТО в украинской повестке уже не значится, как тут же подготовил законопроект, где безусловный внешнеполитический приоритет закрепляется за Евросоюзом. Россия лишь вторая. США замыкают большую тройку.

"Мы четко определяем высочайшую приоритетность европейского стратегического курса Украины. Это основной вектор нашего развития, который определяет содержание общественных преобразований и основную направленность нашей внешней и внутренней политики", - заявил накануне Виктор Янукович на заседании Совета национальной безопасности и обороны.

Пока это только властная настоятельная рекомендация. Но, учитывая то, с какой конвейерной добросовестностью новое парламентское большинство принимает все, что ниспослано свыше, можно не сомневаться, что и в этом случае прецедент непослушания создан не будет. Тем более что закон назван неотложным. А это почти как приказ. Значит - не откладывать. Наверняка, особое мнение относительно такой внешнеполитической табели о рангах выскажут коммунисты. Но даже без них коалиции, накануне вновь пополнившей свои ряды очередными перебежчиками из БЮТ, хватит голосов.

Между тем, этот закон важен не только для внешнего, но и для внутреннего использования. Утвержденный приоритет интеграции в ЕС - это та самая национальная идея, которая, по замыслу, должна сплотить элиты. Это - во-первых. Во-вторых, именно она прикрывает слияние этих элит ради бизнес-интересов. А именно этим местные эксперты мотивируют темпы прироста парламентской коалиции. В-третьих, для Януковича это еще и законодательно оформленное алиби, снимающее с него все обвинения в готовности сдать Украину на милость России. О каком же предательстве государственных интересов можно говорить, если власть гарантирует поход другим путем. Туда, куда, по сути, с разной степенью интенсивности стремились все украинские самостийщики.

Сам закон, собственно, практически ничего не меняет. Он лишь фиксирует красивую государственную мечту о всеобщем украинском счастье в большой европейской семье. Это, примерно, как "наша цель - коммунизм". Не то, чтобы совсем утопия, но все-таки нереально далекий стимул и демонстрация того, на что планируют держать равнение. Главное в этом деле, чтобы по дороге не забывали кормить. А тут без России никак не обойтись. А то, что ближайший сосед в этой украинской многовекторности - только второй, видимо, тоже не должно беспокоить Москву. Как не смутило ее это тогда, когда Янукович своим первым президентским визитом осчастливил Брюссель. Ведь после этого были Харьковские соглашения и беспрецедентные темпы восстановления российско-украинских отношений.

Сейчас Януковича можно понять и политически, и по-человечески. Он пытается быть западным, но по-восточному. Это когда дружить со всеми так, чтобы никому не было обидно, а себе выгодно. С Россией - активами, с ЕС - перспективой, со Штатами - уважением. И все знают, на него можно рассчитывать. Главное - не заблудиться в этих трех приоритетах. А в остальном, все это не так плохо. Москве, если, скажем, вдруг продолжит настаивать на объединении "Газпрома" и "Нафтогаза", Янукович заявит, что пойдет к Евросоюзу за консультациями. Брюсселю, если будет долго думать о безвизовом пространстве или предоставлении финансовой помощи, ответит, что пойдет к России. А сам останется на Украине. Работать, работать и работать. И все для того, чтобы, если уж и не войти, то хоть раз выйти в Свет. В смысле, Старый Свет. Все, как у людей. Ведь в жизни тоже бывают моменты, когда семья уходит на второй план.

Киев на связи. Украинский политолог Александр Майборода.

Скачать

Всегда готов 

Пожалуй, главный хитрец постсовесткого пространства - белорусский президент Александр Лукашенко - накануне вновь выглядел покладистым и где-то даже умиротворенным. Эдак его расположил визит в Минск российского вице-премьера Игоря Шувалова. Это он курирует в правительстве проект под названием "Таможенный союз". Хотя после минувшей пятницы проект это только для Белоруссии, для Москвы с Астаной - это уже реальность.

Напомним, премьеры России и Казахстана Владимир Путин и Карим Масимов в Санкт-Петербурге приняли решение утвердить Таможенный кодекс и запустить работу Союза, как и планировалось изначально, с первого июля. Пусть пока и без Белоруссии. Ее премьер Сидорский на встречу в Питере не прибыл, сославшись на пресловутые пошлины на нефть. Поэтому все получилось закономерно. Минск хотел показать пустое место - его пока и приняли за основу.

Но это у России и Казахстана пятница была ключевой. А у Белоруссии их семь на неделе. И в Москве знают, когда имеешь дело с Александром Лукашенко, сюрпризов можно ожидать в любую минуту. Вот, чтобы не пропустить эту минуту, в Минск спецпосланником президента России и прибыл Игорь Шувалов. "К вам меня направил президент, чтобы мы могли в рабочем ключе обсудить последствия решений о формировании Таможенного союза", - сообщил он Лукашенко. "Мои инструкции такие: найти возможные развязки, чтобы мы могли двигаться дальше", - признался Шувалов.

Заметим, что до вчерашнего дня официальные комментарии Минска о том, что таможенные события разворачиваются без него, в основном, сводились к стандартной протокольной риторике. Из чего следовало, что там пребывают в очевидной растерянности, поскольку вряд ли ожидали такой реакции партнеров на очередной белорусский демарш. Впрочем, и сейчас все, что сказал Лукашенко, только выглядит оптимистично. А он, между прочим, заявил Шувалову, что по-прежнему привержен таможенной идее, что лучшего интегратора, чем он, партнерам не найти, и что он, Лукашенко, готов к компромиссам.

"Единственное, чего мы хотели, чтобы все было прилично и чтобы любые наши отношения были основаны на равноправии и уважении", - сказал Лукашенко. По его словам, если такое отношение будет чувствоваться, то Белоруссия "пойдет на любые уступки, даже если они на какой-то период будут для нас трудноватыми и чувствительными". Очевидно, пошлины на нефть к разряду "трудноватых", по шкале Лукашенко, не относятся. Потому и зацепился за них Минск, как за последний рубеж собственной самооценки. На самом деле, и это заявление Лукашенко укладывается в формулу, которая в советское время звучала бы примерно так: я не против колхоза, только пока не в нашем селе.

Продолжит директор российского Фонда национальной энергобезопасности Константин Симонов.

Скачать

Лукашенко, как человек практичный и от сохи, не может не понимать, что коллективное таможенное хозяйство всегда лучше индивидуальной трудовой деятельности, если этой деятельности не на что опереться. Но в его случае, "не может не понимать" - это двойное отрицание, которое вопреки правилам русского языка, значит именно двойное отрицание, а не согласие. Пока получается, что он не понимает ущербность собственной позиции и не может через нее переступить.

Вместе с тем, сам факт присутствия Шувалова в Минске эксперты оценивают позитивно. Это значит, утверждают они, что возможности договориться о взаимоприемлемых условиях еще существуют. Опять же и Лукашенко был сама любезность. Хоть и получилось все почти как у Райкина: если меня в теплом месте прислонить к теплой стенке, со мной еще очень даже можно поговорить. И не то чтобы Россия и Казахстан своим таможенным решением прижали Минск к стене, но понять дали, что отступать ему некуда - позади тупик. Иными словами, как принято говорить в таких случаях, мяч на стороне Лукашенко. Теперь главное, чтобы он, следуя принципу "все в дом", не забил его в свои ворота.